• Актуально: «КосмоЁлку» в Екатеринбурге откроет космонавт-испытатель

«Нельзя погружать себя в вакуум» — Олег Судаков о судьбе русского рока

В конце октября уральскую столицу посетил Олег Манагер Судаков — участник группы «Гражданская оборона», один из основателей сайд-проекта «Коммунизм», лидер группы «Манагер и Родина», поэт, художник, публицист.

Олег является одной из ключевых фигур сибирского панк-рока, пережившей всю огромную эпоху русского рока от 70-х годов до наших дней. Неудивительно, что именно его мы попросили ответить на волнующе нас вопросы о том, к чему же все-таки идет дело в отечественном роке, какая судьба его ждет. С нами он поделился своим взглядом на современную рок-музыку и на жизнь в целом.

— Насколько сильно Вы испытываете на себе влияние личности Егора Летова, лидера и единственного постоянного участника группы «Гражданская оборона»?

— Почти на каждом концерте так или иначе заходит разговор о Егоре… Влияние достаточно сильное. Мы были друзьями. И, поскольку он почти умер, а я почти жив, люди почему-то хотят расспрашивать меня о нем. Я также связываю это с тем, что у нас есть необычная национальная черта — мы очень фанатичный народ, сильно ценим кумиров. Поэтому спрашивают, просят что-нибудь спеть. Да, такое явление есть.

Нас поразило то, что Вы находитесь в очень тесном контакте со слушателями: вы добавляете их в друзья в соцсетях, отвечаете на их письма, свободно общаетесь после концерта. Не считаете ли Вы, что это небезопасно?

— Есть два уровня небезопасности. Первый простой – панибратство. Оно не всегда бывает приятным. А второй – это когда кому-то что-то может не понравиться. «Ты что поешь? Ты что несешь? Что это за песни?» Конечно, были такие мелкие случаи, причем приходилось разговаривать, что называется, один на один, когда никого рядом не было. Но все же никогда не доходило до каких-то жестких вещей. Кроме того, я убежден, что мой слушатель сам по себе очень напоминает меня. Он достаточно цивилизован, эстетичен и дипломатичен. Специальной агрессии за все время никогда не исходило. А момент неудовлетворенности, недовольства всегда присутствует, и я считаю это нормальным, потому что я пою для людей. Если дистанцироваться, получится не совсем правильно. Общение с людьми – это как элемент творчества, элемент концерта. Людям хочется увидеть тебя без гитары: как отвечаешь, как реагируешь. Так что это даже полезно.

— Как вы считаете, на каком уровне развития находится сейчас русский рок?

— Есть некоторая депрессивная составляющая. Она связана с тем, что народу на концерты стало ходить чуть меньше, чем десять-пятнадцать лет назад. Существует такая позиция, что художник связан с состоянием умов, состоянием дел в стране, и частично их отражает. Он дает определенный ответ на социальный запрос. Все, естественно, индивидуально, не напрямую. Сейчас у нас в стране довольно непростая ситуация, люди политически аморфны (хотя, казалось бы, приходи на выборы и голосуй). Это сказывается и на музыке. Другой момент заключается в том, что Россия – очень дорогая страна, но при этом бедная. Контраст между услугами и зарплатами тоже накладывает определенный отпечаток на радость восприятия бытия как такового. Отсюда появляется туннельное восприятие реальности: сегодняшний день будет похож на завтрашний, а мы должны выживать.

Это накладывается и на рокеров. Рокер может предложить не очень многое. Часто он предлагает какие-то совершенно оторванные от жизни мечтания, которые не соответствуют ситуации, и поэтому ему приходится лавировать между «маниловщиной» и соцреализмом. Также существует у нас много проблем в различных сферах жизни. При этом рок – это и протест, и метафизический зондаж души. Из-за этих проблем душа делается немножко более упрощенной, и то, что она производит, также становится таковым. Последний момент – это появление у рока серьезного конкурента. Речь идет о рэпе, который, в сложившийся ситуации, более удовлетворяет молодых людей. И самый последний – у нас в стране очень много талантов, но отголосок в душах всей страны найти сейчас не удается рок-музыкантам. Групп, вроде «Наутилуса Помпилиуса», не очень много и они не возникают.

— Совсем недавно вышел документальный фильм «Про рок», в котором режиссер Евгений Григорьев пришел к выводу, что современным рок-музыкантам, в сущности, ничего в жизни не надо, и спад волны русского рока происходит именно из-за этого. Считаете ли Вы так же?

— Мне кажется, здесь играет роль общий, чуть заниженный интеллектуальный уровень людей. В антропологии есть такой термин «вторичная дикость»: народы, которые был очень цивилизованными, потихоньку становятся более дикими. Мое поколение было достаточно социализировано, много читало, в спорах поднимало философские, политические, музыкальные, исторические вопросы. Сейчас уровень у людей чуть ниже, поэтому и песни чуть проще. Рок-концерт превращается в слэм, становится больше танцем, чем неким катарсисом. А когда идет танец, главное – ритм и необычное звучание, которые интеллектуальную, душевную составляющие чуть задвигают.

— По сути, слэм – это умение делать шоу. Почему-то музыканты в России, даже очень высокого уровня, не умеют делать шоу. Отчего это происходит?

— Я неслучайно сказал, что у нас страна дорогая и очень бедная. Шоу предполагает определенную хореографию, постановку движения на сцене, правильный дизайн света и грамотного режиссера, декорации, оформление. Все это требует больших денег. Даже музыканты с очень большим достатком не могут позволить себе нанимать огромную команду дизайнеров и режиссеров. К этому добавляется и оттенок опустошения внутри музыкантов, о котором я также говорил.

— Какой совет Вы бы дали начинающим музыкантам?

— Если очень нравится, нужно играть, невзирая на то, как будут воспринимать.  Единственное, что позволяет получать человеку много пользы от того, что он делает, — это получение удовольствие от происходящего. При таком раскладе человек может осуществлять самоконтроль, что немаловажно. Он может внимательно относиться к себе. Главный совет – это делать все по совести, так, чтобы действительно нравилось и при этом время от времени наблюдать себя со стороны без всяких скидок и оправданий. Это сильно помогает понять, кто ты есть на самом деле. Нельзя погружать себя в вакуум, изолировать от видения ошибок.

Ольга Дубровина

Версия для печати Версия для печати
Top