Instagram
 
Вконтакте
• Актуально: Уральский «Автомобилист» обыграл минское «Динамо»

Огромное горе уже пришло в город: записи дневника блокадника Василия Короткова

В рубрике «Поколение героев» ежемесячно мы публикуем истории ветеранов Великой Отечественной Войны и тружеников тыла, блокадников и узников фашистских концлагерей. В апрельском номере мы несколько отступили от привычного интервью. Многие участники тех событий во время или уже после войны писали дневники, которые повествовали о событиях тех лет. Публикуем запись дневника блокадника Василия Тихоновича Короткова, которую предоставила внучка ветерана – Александра Короткова.

Вместо предисловия

Рукопись деда с его воспоминаниями о блокаде оказалась у меня в руках в ноябре 97-го года. Мне было 15, и к этому возрасту я знала о том, что мой дед Василий Тихонович выехал из блокадного города по «дороге жизни». Он рассказывал мне только это – как их машина уцелела, как они спаслись. Остальное о блокаде он для меня написал.

Василий Тихонович Коротков (25.01.1914- 19.11.1997) по специальности был геологом, горным инженером, к началу войны – студентом 5-го курса Ленинградского горного института.

Страшная голодная и холодная зима 1941-1942гг.

4 сентября 1941 года – первый артиллерийский обстрел города фашистами. Вёлся он со стороны Лигово – Стрельна. С этого дня обстрелы проводились ежедневно. Начинались внезапно в любое время суток и продолжались от 20 минут до нескольких часов. Стреляли по жилым районам, не щадили музей, храмы, дворцы, больницы, госпитали, памятники.

8 сентября огромный массированных налёт авиации. Около 6 часов вечера большая группа бомбардировщиков прорвалась к городу и буквально залила территорию Бадаевских продовольственных складов горючей жидкостью. Это были обычные деревянные прирельсовые склады, обычные в старинные пакгаузы, в которых хранились огромные запасы продовольствия.

Вспыхнувший пожар был похож на извержение вулкана: погода была ясная, тёплая и почти безветренная. Три огромных черных столба дыма поднимались высоко в небо и там сливались в громадную черную тучу, которая стояла на месте и увеличивалась в размерах. Заходящее солнце и огонь подсвечивали её красным светом снизу, и придавали ей какой-то зловещий вид. Пожар длился всю ночь. Никто в городе не спал.

Страшное зрелище

Ночь была светлая и тёплая. Люди были на улице. Сотни разноцветных ракет взлетали в разных частях города. Мы не сразу понимали смысл этого фейерверка. Позднее нам объяснили, что эти ракеты-целеуказатели запускались фашистскими лазутчиками. Ракетами они указывали цели пилотам.

Вот таким зрелищем началась блокада Ленинграда. Начиная с 8 сентября, бомбардировки с воздуха происходили ежедневно точно в 7 часов вечера. В воскресенье бомбежек не было. Уже в начале октября мы ездили по первому снегу на Бадаевское пожарище. Когда пожарные гасили склады с сахаром, земля покрывалась сладким сиропом. Люди это знали, собирали эту землю. До нашего приезда эта земля была вывезена и съедена уже на глубину 0,5м. но было ещё много людей. Все сосредоточенно копали. Лица людей были вымазаны грязью, но это их не смущало. Они деловито работали.

Мы дважды привезли по небольшому мешку такой земли. Потом, дома получался довольно сладкий землисто-коричневый сироп. Пили долго по 1-2 стакана в сутки. Как знать, может быть, эта смешанная с крысиным пометом землица помогла выжить нам и другим, кто не побрезговал испачкаться во имя жизни.

В город пришло горе

Уже к вечеру 13 ноября мы справляли новоселье. На втором этаже 3-хэтажного дома. Хозяева её были в эвакуации. В другой комнате жила семья лётчика – мать, жена и две девочки 3 и 5 лет. Отопление печное. Стёкла в единственном окне были выбиты. Этот изъян я быстро поправил, и мы стали жить-поживать и горе горевать. А горе, огромное горе уже пришло в город.

Голод давал о себе знать. Он был беспощаден. Люди заболевали дистрофией. Первые умершие появились в первых числах ноября. Первыми умирали крупные мужчины атлетического склада. По официальным данным в ноябре в городе от голода умерло более 53 тысяч человек. А кто их считал? Никто не считал. Люди умирали всюду – дома, в трамваях, на улице, на работе.

С 20 ноября по 25 декабря 1941г. была самая низкая норма выдачи хлеба: рабочие по 250 граммов и остальные по 125 граммов в сутки. В 1971 году в Музее истории Ленинграда я снова увидел эти 125г хлеба в стеклянной витрине на тарелочных весах. На одной тарелке кусочек хлеба величиной с детскую ладошку, а на другой тарелке гирька 125г. Я долго стоял, не мог оторвать взгляд.

Разговоры были только о еде

Ленинградцев теперь можно было узнать всюду. Все они были тяжело больны. Лица людей стали одутловатые, сероватого цвета, безразличный голос глухой, чуть громче, чем шёпот. Одеты плохо, на ногах – самодельные стеганые унты. Разговаривают только о еде. Но трудности продолжали нарастать. С середины ноября вступила в свои права очень суровая, морозная и страшная зима. К середине декабря погасло электричество, встал транспорт. Остановился водопровод и вышла из строя канализация.

В декабре бомбардировки с воздуха прекратились, но артобстрелы продолжались. Появилась новая беда – стали возникать пожары. Почему-то загорались самые большие дома. Горели по несколько суток, и никто их не тушил. Тушить было нечем и некому. Но люди превозмогали все эти беды. Вместо центрального отопления высунули из окон трубы печки-буржуйки. Воду брали ведрами и кастрюлями из Невы и многочисленных каналов. Вода стала там немного чище, так как канализация не работала. Мы брали воду из колодца прямо от дома, против нашего окна. Что это был за колодец, и кто догадался открыть чугунную крышку – неизвестно.

Конец декабря 1941 года и начало января 1942. В семье Василия Тихоновича родилась дочь Надежда. Девочка родилась с весом 2 кг 400 граммов — предельным весом, с которым новорожденные в блокадном городе выживали. Пришёл во Фрунзенский ЗАГС. Растерялись. Не найдут книгу записей о рождении. В районе давно таких событий не было. Назвали Надеждой. Надеждой на наше спасение, и получили свидетельство о рождении.

Семья Коротковых была эвакуирована из блокадного Ленинграда в марте 1942 года по льду Ладожского озера. Однако война для них на этом не закончилась. Эвакуационный эшелон в апреле прошел через Сталинград (уже после боев за город). За последующие 4 месяца семья сменила 2 города пребывания – Пятигорск и Грозный. В то время как немецкие войска начали наступление на Северный Кавказ. Осенью 1942 года семью эвакуировали в Стерлитамак Башкирию.

Александра Короткова,

фото предоставлено автором

Версия для печати Версия для печати
Top